Если бы Дягилев, приглашая меня поставить для антрепризы его, которая должна была открыть сезон в мае 1909 г[ода] в Париже, балеты, уже мною созданные в С .Петербурге, и еще танцы из «Игоря» и ряд других танцев, сказал бы, что он их покажет в Париже, но при этом поставил бы условием, что они должны будут из фокинских балетов превратиться в дягилевские балеты, то я, конечно бы, не согласился на такую комбинацию. Но тогда не только мне, не только всем близким к театру людям, но и самому Дягилеву не могло прийти в голову, что он, беря готовые вещи и с ними завоевывая Париж, сделается потом создателем этих вещей.
История балета
Только перед расставанием с труппой после трех сезонов работы я почувствовал, что эти маленькие, но важные изменения вошли в балеты и могут в них прочно удержаться, конечно если состав не изменится слишком сильно.
В 1937 году мне удалось осуществить свою мечту полностью, поставить балет на музыку «Золотого петушка».
Правы ли те, кто утверждает, что режиссер должен выполнять постановку непременно точно так, как композитор ее себе представляет?
Певцы не участвовали в действии. Все они, как хор, так и солисты, одинаково одетые, сидели по бокам сцены совершенно недвижно на скамьях, которые возвышались рядами одна над другой. Они почти сливались с кулисами в спокойных, теплых малиново-коричневых топах своих костюмов, образуя чудесную раму для пылающей ярко-желтыми, оранжевыми, зелеными и голубыми красками сцены.
Самая «спорная» постановка. Моя мысль поставить «Золотого петушка» для Л. Павловой.
Даркон должен был производить впечатление грубого, неуклюжего рядом с гибким, грациозным Дафнисом, с которым он вздумал состязаться в танцах. Поэтому для постановки партии Даркона я применил более угловатые позы. Конечно, все танцевали босыми или в сандалиях.
Однажды, кончив репетицию в каком-то верхнем фойе театра, я спускался вниз. Со сцены доносятся звуки Дебюсси. Я поставил уже почти весь балет «Дафнис», хотя ничего еще как следует не разучил.
Поговорив со мною несколько раз и, как мне помнится, во всем со мной согласившись, Равель приступил к сочинению. Впрочем, в одном пункте мы немного разошлись: я хотел из нападения воинов сделать большую драматическую сцену. Мне казалось, что похищение женщины, увод скота, убийство пастухов...
Следующей наиболее интересной для меня и, я считаю, спасительной для балета работой была постановка балета «Петрушка». Я познакомился с замечательной музыкой этого балета, когда она была уже закончена Стравинским и сюжет балета, созданный им вместе с А. Н.
Относительно мимики: она сохранилась в том виде, какою была при постановке, то есть никто в балет не внес за мое отсутствие никаких рассказов, никакой старомодной балетной жестикуляции, никаких условных жестов, за одним исключением. Об этом я должен помянуть, дабы будущие исполнители не думали, что «Фокин так поставил». Иван-царевич (это был Л.
Что сказать о хореографии? Сохранилась ли она с 1914 года, когда я в последний раз работал у Дягилева, до 1937 года, когда я вступил в дело?
Мой постоянный оппонент А. Я. Левинсон осуждал меня за то, что я стараюсь мотивировать каждый танец.
Система создания балета может быть различная. Мне приходилось сочинять балеты на давно написанную музыку, написанную не для балета, не для театра. При этом я то пользовался программой или намеками на программу, которые находил в нотах («Прелюды», «Карнавал»), то придумывал программу к чистой, беспрограммной музыке (VI Симфония, «Испанское каприччио»), то ставил на другую программу, а не на ту, которую имел в виду композитор («Шехеразада»), то совершенно обходился без всякой программы («Сильфиды», «Эльфы»).
. Я перечитал Афанасьева и другие собрания сказок и сочинил по ним балетное либретто. В то время мы очень часто по вечерам собирались у Александра Николаевича Бенуа.
